Экспериментальные работы
В 1934 г. А. 10. Созон-Ярогаевич в экспериментальной работе на собаках показал преимущество ранней радикальной первичной обработки до ламинэктомпи включительно при огнестрельных ранениях позвоночника.
В 1935 г. А. Н. Бакулев рекомендовал в ранние сроки (первые 8 часов) радикальную первичную обработку раны позвоночника и спи п-пого мозга с последующим зашиванием рапы наглухо. В более поздние сроки рекомендовалась такая же обработка, по бен наполнения швов.
Несмотря на вполне убедительные данные в пользу раннего радикального оперативного вмешательства при огнестрельных ранениях позБоночнпка с повреждением спинного мозга, все же и в более поздних военных столкновениях—у озера Хасан (1938) и на реке Халхин-Гол (1939)—отмечалось едергкапное отношение отдельных хирургов к оперативному лечению ранений позвоночника и спийного мозга при высокой хирургической активности в отношении ранений других областей тела (М. Н. Ахутин).
В войну с белофиннами (1939—1940), в связи с санитаряо-такти-ческими особенностями фронта (близость Ленинграда с его широкой сетью нейрохирургических учреждений), раненные в позвоночник концентрировались в специализированных учреждениях, где им оказывали раннюю радикальную нейрохирургическую помощь.
На специальной конференции в Ленинграде 5/1V 1940 г., посвященной вопросам огнестрельных ранений позвоночника и спинного мозга, в докладах А. Л. Поленова, И. Я. Раздольского, А. В. Бондарчука в В. И. Лойко и др. были представлены итоги хирургического лечения ранений позвоночника и спинного мозга. Во всех докладах единодушно подчеркивалась целесообразность оперативного лечения отих ранений. Там же было установлено, что прогноз стоит в прямой связи со сроками оперативного вмешательства и становится тем благоприятнее, чем раньше произведена ламинэктомия. Такая точка зрения была поддержана п другими ленинградскими невропатологами и нейрохирургами,
Отдельные же хирурги продолжали придерживаться выжидательной тактики в вопросах хирургического лечения раненных в позвоночник и спинной мозг, откладывая вмешательство до уточнения неврологической диагностики.
За время войны с белофиннами подвергся пересмотру также вопрос о первичной обработке ран позвоночника и спинного мозга в войсковом районе. В начале боевых действий такие раны подвергались первичной хирургической обработке в лечебных учреждениях войскового района. Нередко раны рассекали чрезмерно широко, без учета возможного оперативного вмешательства на позвоночнике в дальнейшем. В отдельных случаях раны после первичной обработки мягких тканей зашивали наглухо, против чего энергично возражали А. Л. Поленов, П. А. Куприянов и др.
Позже, в соответствии со специальными указаниями Санитарного управления Ленинградского военного округа, хирурги в войсковом районе ограничивались только туалетом ран (Е. Ф. Никульченко, И. А. Дашковский, Н. И. Фидельман), эвакуируя таких раненых в госпитали ГБФ, где поело тщательного неврологического исследования и обязательной рентгенографии их подвергали радикальному хирургическому вмешательству.
В результате небольшого опыта, полученного в войне с белофин-ами, наметился отчетливый сдвиг во взглядах хирургов в пользу большей активности в лечении огнестрельных ранений позвоночника и спинного мозга и, по заявлению Н. Н. Бурденко, прочно сложились общие установки в вопросах организации нейрохирургической помощи раненым. Нейрохирургия заняла свое место в системе медицинской службы Красной Армии. Тогда же сложились представления и о целесообразности приближения нейрохирургической помощи к раненому.
Таким образом, к началу Великой Отечественной воины 1941—1945 гг. Военно-медицинская служба Красной Армии пришла с определенным опытом в лечении нейрохирургических раненых, в том числе и раненных в позвоночник и спинной мозг.