Общие вопросы клиники ранений позвоночника и спинного мозга
Наряду с критикой существовавших представлений о причинах угнетения рефлекторной деятельности спинного мозга при огнестрельных поражениях его, была выдвинута и новая точка зрения на патогенез и сущность спинномозгового шока.
Выше указывалось, что, согласно теории Монакова-Шеррингтона-Бастиана, причиной шока является внезапное прекращение притока импульсов от головного мозга к отделу спинного мозга, расположенному ниже очага повреждения. Но эта теория спинномозгового шока, в основе которой лежит как бы «церебральная денервация» спинного мозга, находится в полном противоречии как а историей развития нервной системы, так и с фундаментальными фактами, установленными И. М. Сеченовым и И. П. Павловым.
В процессе эволюции нервной системы прогрессивно развивавшийся наиболее молодой отдел ее—кора больших полушарий—усиливал свое регулирующее и тормозящее воздействие на функции нижележащих отделов нервной системы и, в частности, спинного мозга. Поэтому высвобождение спинного мозга от воздействия коры ведет к усилению его рефлекторной деятельности. Это и имеет место при поперечных повреждениях спинного мозга, развивающихся не внезапно, как при травмах его, а постепенно, как, например, при опухолях, в частности, в той стадии развития, когда она вызывают полное нарушение проводимости мозга. Таким образом, теория Молакова-Шеррингтона-Басхиана о патогенезе спинномозгового шока находится в противоречии не только с историей развития нервной системы, но и с фактами.
Напротив, патогенез и сущность спинномозгового шока находят свое полное объяснение в свете учения И. М. Сеченова и И. П. Павлова.
И. М. Сеченов почти 100 лет назад в экспериментах на лягушках показал, что раздражение проводников, идущих к спинному мозгу ' от головного (прикладывание кристаллика поваренной соли к дисталыгому отделу мозгового ствола, перерезанного на уровне четверохолмия), ведет к резкому угнетению функций спинного мозга. Из опыта Сеченова явствует, что угнетение функций спинного мозга является результатом не выпадения притока импульсов к спинному мозгу от головного, а, наоборот, резкого усиления их. И. П. Павлов в своих работах по экстирпациям различных отделов больших полушарий головного мозга собаки не только расширил и углубил учение И. М. Сеченова об угнетении функций спинного мозга под влиянием сильных раздражений, притекающих к нему от головного мозга (специально от коры), но и вскрыл сущность процесса, лежащего в основе этого угнетения. Он показал, что повреждение коры больших полушарий сопровождается возникновением в ней разлитого торможения. Чем грубее повреждение, тем распространеннее торможение. При особенно грубых повреждениях оно захватывает не только кору, но и подкорковые отделы, включая спинной мозг, угнетая его рефлекторную деятельность.
В свете учения И. П. Павлова о высшей нервной деятельности становятся совершенно понятным угнетение рефлекторной деятельности спинного мозга при острых травмах его. Поперечное повреждение спинного мозга сопровождается мгновенным и сильным раздражением проводников, идущих от коры мозга к отделу спинного мозга, расположенному ниже очага поражения. В результате внезапного притока к нервным клеткам этого отдела спинного мозга чрезвычайно сильных импульсов в них возникает запредельное, охранительное торможение, внешним проявлением которого является полное угнетение рефлекторной деятельности его, т. е. то состояние, которое клиницистами обозначается как спинномозговой шок. Чем тяжелее повреждение спинного мозга, тем сильнее поток импульсов и тем глубже и длительнее вызванное ими торможение. Таким образом, причиной спинномозгового шока при травматических поражениях спинного мозга является не прекращение притока к нему импульсов от головного мозга, как это утверждали Монаков, Шерринг-тон и Бастиан, а, напротив, внезапный приток чрезвычайно сильных импульсов, как это явствует из учения И. П. Павлова о высшей нервной деятельности.
Исходя из учения И. П. Павлова о целительном значении охранительного торможения, Э. А. Аератян при травматических поражениях спинного мозга применял сонную терапию, отметив благоприятное влияние ее на восстановление нарушенных функций.